Я не знаю ни одного человека, которому бы не нравилась «Стояновка» из «Лиги Смеха». Живая, непосредственная, по-хорошему дурная, она разрывает зал в клочья! Поэтому неудивительно, что в минувшем сезоне остроумные парни из молдавского села стали чемпионами. Я встретился с фронтменом Иваном Люленовым на понтоне любимого «Хуторка», где артист рассказал о молдавском вине, самом большом страхе, и материнских чувствах Оли Поляковой. 

Еда в Стояновке очень жирная. У нас люди любят обжираться. То, что человек уже наелся, мозг понимает только через 20 минут. Но многие односельчане этого не понимают. Я избегаю жирной пищи и поэтому во мне 55 кг с восьмого класса.

У меня нет чёткой позиции по поводу еды. Вот, допустим, ты расскажешь что-то интересное о еде и я тебе стопудово поверю. Потому что, во-первых, ты взрослый, а во-вторых, хорошо знаешь меню «Хуторка».

158 гривен – столько стоит порция здоровья в виде салата с домашним творогом, шпинатом, редисом и щавелем.

Недавно заметил (не знаю, хорошо это или нет), что меня легко убедить. И поэтому иногда меня дурят. Но я не парюсь. Обманули и обманули: у меня ведь нет уймы денег, поэтому кинуть на деньги меня нельзя.

Я люблю молдавскую еду, если это мамалыга. С брынзой и творогом. Давно не ел, кстати. Хотя точно не знаю, что такое молдавская еда, так как в моём селе всё вперемешку: болгарская, молдавская и русская кухни… Хотя нет, русской нет: мы на русском только разговариваем.

С похмелья помогает молдавский кисловатый суп зама. Но это не моя еда. Из болгарской кухни нравится чорба, которая похожа на шурпу.

Всегда хотел попробовать водку, глядя, как её с удовольствием пьют мужики в фильмах. Думал: «Вырасту – обязательно попробую! Это же мощь!» Попробовал. Да, поначалу было немного мощи. Но потом понял, что пить не люблю: алкоголь бередит душу и усугубляет ежедневные переживания.

В свои 24 года Иван сохранил детскую наивность и лёгкость.

Молдавским детям вино дают с детства. Чтобы не болели.

Я живу в частном доме с огородом. Ничего не выращиваю, этим занимаются родители. Животные есть: свиньи, курицы, гуси, кролики. Кролики как Фениксы: умирают – возрождаются, умирают – возрождаются…

Я не могу забить животное.

Мы ели голубей. В нашем курятнике голуби постоянно воровали у птиц еду. Приходилось с ними бороться. Грудинка у них очень вкусная: белая такая, классная! Их очень легко чистить. Звучит жёстко, конечно: когда я рассказывал про голубей городским, они смотрели на меня как на дикаря.

В Стояновке живут 800 человек.

Не люблю ухаживать за животными. Это не как в городе, где дома одна собачка. Их 20 голов! В детстве родители говорили: «Потеряешь гуся – убьём!» Как видишь, не убили. Но сильно ругали.

Когда режут свинью, вареное мясо засаливают и банки ставят в подвал. Зимой вытаскивают и жарят – идеально идёт под вино!

Я всё чаще бываю в больших городах и для меня слишком быстро открываются новые вещи. Вот узнал, что нужно покупать ушные палочки, что надо ходить по врачам для профилактики, а не только когда припечёт. Я не знаю, как воспринимать всё это. Не знаю, как меня воспринимают… Возникает лёгкая путаница. Но мне нравится такой ритм.

Фото Николая Ковалёва.

Мой самый большой страх – утратить наивность не только в репертуаре команды, но и по жизни. Боюсь уйти в быт. Я смотрю, как в Киеве все спешат, и это странно и страшно.

Я не знаю, как зритель сейчас воспринимает нашу команду. А он её точно воспринимает иначе, чем раньше. Мы пришли в «Лигу Смеха» наивными простачками, а сейчас у нас уже Instagram, нормальные кроссовки и концерты. Они видят это всё и слабо верят в наши образы. Сейчас мы в команде запутались, куда двигаться дальше.

Юмор – это спорт. А наши мышцы юмора ещё мало прокачаны. Нужны навыки.

Сезон речной навигации открыт, а в распоряжении «Хуторка» флот из трёх катеров.

Звёздная болезнь – она как ветрянка. Только там ты мажешься зелёнкой, а здесь должен пройти проверку на гнильё и надменность. Ко мне подступает эта болезнь. Веду себя чуть по-другому, разговариваю не легко. Появляются люди, с которыми хочется поскорее расстаться. Раньше такого не было: хотелось каждому уделять внимание, а сейчас я понимаю, что времени нет.

Дунайка собственного посола с молодой картошечкой и лучком обойдётся в 154 гривны.

На Новый год ко мне приехали автостопом две девочки. Лично я не понимаю, как можно без денег добираться в какую-то срань. Сказал им, что это глупость – приезжать в Стояновку. Но они приехали. Оставил их дома, чтобы помогали маме мыть посуду и делать бутерброды: «За это переночуете!» А сам пошёл с пацанами колядовать. Вернулись, встретили все вместе Новый год, и пошли на дискотеку. В пять утра девчонки стали готовиться ко сну, а папа говорит: «А чего ты к девочкам в кровать не прыгаешь? Вот дурак! Я в твои-то годы…» Но я не думал о сексе. Или они не дожали.

Раньше я не любил борщ, пока отец не макнул меня лицом в тарелку. Я обиделся, но это сработало – я полюбил борщ. Почувствовал его после работы. А ещё он хорошо заходит после рыбалки. Когда берёшь пять удочек, велосипед, сачок, червей для рыбы и хлеб с яйцом для себя, целый день рыбачишь, а вечером возвращаешься на горячий борщ.

В меню «Хуторка» 6 борщей, классический стоит 132 гривны.

Однажды меня депортировали из Украины из-за переизбытка печатей в паспорте. К счастью, народный депутат Светлана Фабрикант помогла с пропиской в Одессе и пригласила выступить на корпоративе. Мы приехали, ведущий объявил нас как сюрприз,  выступление прошло на ура, все посмеялись, и мы отправились в буфет пить вино. Но тут звонит Светлана Фабрикант: «Ребята, где вы? Именинник уже уходит!» Оказывается, мы ошиблись рестораном, и выступили не на том корпоративе. В итоге пришлось повторить выступление.

Часть вопросов в этом интервью неожиданно задала жена.

Гастроли – это вещь! Хочу поездить по Европе или слетать в Америку. «Отдыхаем вместе» и «Винницкие» уже там выступали, в то время, как мы давали концерты в Мариуполе и Краматорске.

Я хочу, чтобы мои выступления вдохновляли. Чтобы после концерта зритель вышел и решил: «Я хочу быть таким, как эти пацаны! Я хочу свою команду!» В своё время в Стояновку приезжали фокусники, и я научился жонглировать картошкой.

Сезон «Лиги Смеха» 2018 года получается слабее. Во-первых, у многих команд не хватает времени писать новый материал из-за гастролей. А во-вторых, заканчиваются команды, выросшие на КВН. Команды предыдущих трёх сезонов использовали свои архивы КВН.

Новый материал мы готовим семь чистых дней. В прошлом году репетировали дольше.

За изумительный Киевский торт не жалко 155 гривен.

Оля Полякова очень переживала, когда мы чуть не вылетели. Переживала как мать. Потом подошла к нам и попросила: «Ребята, не расслабляйтесь, класс нужно доказывать в каждой игре!»

После того, как мы стали чемпионами молдавского КВН, я вёл юмористическую телепередачу «Made in Moldova». Но там было много политики, и мне разонравилось.

Мои ориентиры в юморе – это Зеленский, Мартиросян и Азамат из команды КВН «Сборная Камызякского края» – меня с ним часто сравнивают. Мне нравится, как Владимир Зеленский преобразил команду КВН «95-й квартал» в «Студию Квартал 95». Везде успевает, много работает, и остаётся человеком. Перед финалом прошлого года он сказал, что у нас плохой номер про Челентано. Предложил исправления, мы переписали и стали чемпионами. Гарик Мартиросян подкупает лёгкостью и универсальностью. Но я бы не смог с ним поговорить – он слишком мощный. Он предугадает все мои реплики и я не смогу гнать и шутить.

Меня приглашают проводить свадьбы. А я отказываюсь. Не чувствую, что у меня получится украсить лучший день жизни молодожёнов. Наверное, нужно побороть этот страх, ведь импровизация – часть моей профессии.

Семью хочу. Я влюбился в украинку. Правда, меня подбешивает то, что влюблённость и работа начали тесниться и отнимать время друг у друга.

Комментарии

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

<a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>